Юридико технического характера это

Типичные нарушения правил юридической техники, допускаемые в уставах и муниципальных правовых актах о внесении изменений в уставы муниципальных образований Республики Тыва.

В соответствии со статьей 44 Федерального закона от 06.10.2003 г. № 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" (далее – Федеральный закон № 131-ФЗ) в каждом муниципальном образовании должен быть разработан и принят устав муниципального образования. Устав муниципального образования является главным нормативным правовым актом муниципального образования и составляет правовую основу местного самоуправления. В соответствии с уставом муниципального образования принимаются иные муниципальные правовые акты, и осуществляется деятельность органов местного самоуправления.

Устав муниципального образования подлежит обязательной государственной регистрации.

Частью 3 статьи 1 Федерального закона от 21.07.2005 г. № 97-ФЗ установлено, что государственную регистрацию уставов муниципальных образований осуществляют территориальные органы уполномоченного федерального органа исполнительной власти в сфере регистрации уставов муниципальных образований.

Согласно части 2 статьи 4 Федерального закона от 21.07.2005 г. № 97-ФЗ «О государственной регистрации уставов муниципальных образований» решение о государственной регистрации устава муниципального образования принимается на основании проверки соответствия устава Конституции Российской Федерации, федеральным законам, конституции (уставу) субъекта Российской Федерации, законам субъекта Российской Федерации, а также проверки соблюдения установленного в соответствии с федеральным законом порядка принятия устава муниципального образования.

Изменение федерального и регионального законодательства обязывает глав муниципальных образований принять муниципальные правовые акты о внесении изменений в уставы, которые подлежат государственной регистрации в порядке, установленном Федеральным законом от 21.07.2005 № 97-ФЗ «О государственной регистрации уставов муниципальных образований».

Таким образом, уставы и акты о внесении в них изменений должны не только соответствовать Конституции Российской Федерации, федеральному законодательству, законодательству Республики Тыва, но и разрабатываться, приниматься и оформляться с соблюдением правил юридической техники, представляющих собой совокупность принципов, правил, методов, средств и приемов, используемых при разработке содержания, структуры нормативного правового акта, юридических документов и его оформлении обеспечивающих ясное и точное выражение в тексте нормативного правового акта воли субъекта правотворчества.

Необходимо отметить, что на федеральном уровне отсутствует нормативный правовой акт, которым закреплены правила юридической техники, требования к содержанию, оформлению, стилистике нормативного правового акта.

Советом Государственной думы Федерального собрания Российской Федерации 20 ноября 2003 года для использования при осуществлении законопроектной деятельности рекомендованы Методические рекомендации по юридико-техническому оформлению законопроектов. Их отдельные положения применимы также к уставам, муниципальным правовым актам о внесении изменений в уставы.

В ходе осуществления Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Тыва государственной регистрации уставов, муниципальных правовых актов о внесении изменений в уставы, в уставах и актах выявляются различные нарушения правил юридико-технического характера, которые можно объединить в следующие группы:

1) Неверно указываются: реквизиты нормативных правовых актов, ссылки на положения статей устава, наименование регистрирующего органа;

Например, использование различных сокращений: "ФЗ-131" вместо Федеральный закон от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», "РТ" вместо Республики Тыва, Минюст РФ вместо Министерство юстиции Российской Федерации и т.п.).

2) фактографические ошибки, к которым можно отнести неточности, отсылки к недействующим законам.

Например, главой сельского поселения сумона представлен на государственную регистрацию устав, содержащий ссылки на закон Республики Тыва от 10.07.2003 г. № 325 ВХ- I «О выборах депутатов представительных органов местного самоуправления в Республике Тыва», который признан утратившим силу.

3) нарушение принципа единообразия рубрикации текста (деления его на структурные элементы – разделы, части, статьи). Данное нарушение выражается, как правило, в форме редакционных ошибок.

Нарушение структуры текста устава чаще всего возникают при внесении изменений в него.

Например, муниципальным правовым актом о внесении изменений часть 3 статьи 8 устава дополняется пунктом 4. Однако, при анализе устава, в актуальной редакции выясняется, что часть 3 статьи 8 не имеет пунктов.

Для исключения нарушений структуры текста устава необходимо отметить, что статья устава подразделяется на части, обозначаемые арабскими цифрами с закрывающейся круглой скобкой. Пункты подразделяются на абзацы, каждый из которых начинается с новой строки и отступа.

Не рекомендуется изменять нумерацию глав, статей, частей статей пунктов устава при внесении изменений при признании утратившими силу. При внесении дополнения в конец структурного элемента устава нумерация продолжается. Если структурный элемент устава (Например, часть статьи) дополняется новыми структурными элементами (например, пунктами), то новые структурные единицы обозначаются цифрами, помещаемыми после основных цифровых обозначений (например, пункт 3.1).

4) допускаются лингвистические, в том числе пунктуационные ошибки, пропуск слов, в ряде случаев несогласованны окончания, отсутствуют логичность и последовательность изложения положений, закрепленных в уставе.

На основании вышеизложенного, важно отметить, что причинами распространенности указанных нарушений являются, прежде всего:

— отсутствие справочно-правовых ресурсов (Консультант Плюс, Гарант) на территории муниципальных образований, сельских поселений;

— недостаток в муниципальных образованиях, сельских поселениях специалистов с высшим юридическим образованием.

Наличие в уставе или акте нарушений правил юридической техники не является основанием для отказа в государственной регистрации или оставлении без рассмотрения устава, муниципального правового акта, но отражается в письме, направляемом в адрес главы муниципального образования.

В целях оказания методической помощи органам местного самоуправления при принятии уставов и муниципальных правовых актов о внесении изменений и дополнений в устав Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Тыва разработаны:

— методическое пособие для органов местного самоуправления,

— осуществляется разработка проектов муниципальных правовых актов о внесении изменений в устав,

— ведется телефонное и личное консультирование глав муниципальных образований,

— организованы выездные семинары в рамках «Дня юстиции».

Сорокина Юлия Васильевна

аспирант 1 года обучения ННГУ им. Н.И. Лобачевского, г. Нижний Новгород

Обсуждая вопрос о юридико-технических ошибках, допущенных отечественным законодателем в статье 244 Уголовного кодекса Российской Федерации 1996 года (далее — УК РФ), предусматривающей уголовную ответственность за надругательство над телами умерших и местами их захоронений, необходимо первоначально определиться с тем, что такое юридическая техника и в чем ее смысл.

Известно, что юридическая техника (от греч. Juris— право и techne— искусство, мастерство, ремесло, умение) — это совокупная связь определенных правил, применяемых как при разработке содержания и структуры правовых предписаний государства, так и при претворении их в жизнь [18, с. 93]; система знаний о правилах осуществления юридической деятельности, образующая методологию практического сознания права [8, с. 19]. Юридическая техника реализуется в различных формах, таких, как правотворческая (нормотворческая), правореализа­ционная, правоприменительная и правоинтерпретационная. При этом правотворческой считается техника рационального логически последовательного осуществления властными органами специальной творческой интеллектуальной деятельности по оценке правовых потребностей общества и словестно-документальному закреплению в нормативно-правовых актах различных моделей правового регулирования общественных отношений, обладающих способностью менять их существующую систему [10, с. 7]. В зависимости от вида нормативно-правовых актов в соответствии с их существующей иерархической структурой правотворческая техника подразделяется на законотворческую и технику создания, изменения, дополнения и отмены подзаконных нормативно-правовых актов (постановления Правительства РФ, инструкции министерства и т. д.).

Одним из важнейших элементов законотворческой техники является логический элемент, который представляет собой совокупность правил применения законов логики и логических конструкций (в виде аксиом, презумпций, фикций) при законодательном конструировании нормативно-правовых предписаний. В частности, согласно 1-му закону логики — закону тождества, содержание всякой мысли в процессе рассуждения должно быть одним и тем же, постоянным, тождественным самому себе [1, с. 3].

Читайте также:  Карточка рсб в налоговом органе что это

1.В области законотворческой деятельности соответствие текста данному закону предполагает, например, что указание на какой-либо объект во множественном числе требует такого и в действительности. Однако законодательная формулировка части 1 статьи 244 УК РФ такова: «Надругательство над телами умерших либо уничтожение, повреждение или осквернение мест захоронения, надмогильных сооружений или кладбищенских зданий, предназначен­ных для церемоний в связи с погребением умерших или их поминове­нием». Исходя из текста ст. 244 УК РФ, возникает вопрос о том, каково должно быть количество мертвых тел, мест захоронения, надмогильных сооружений или кладбищенских зданий, предназначенных для церемоний в связи с погребением умерших или их поминовением и в действительности ли уголовно-правовое предписание требует наличия перечисленных объектов во множественном числе. По всей вероятности ответ на данный вопрос должен быть отрицательным. В противном случае правоприменительная практика по ст. 244 УК РФ будет доведена до абсурда — невозможность возбуждения уголовного дела при совершении надругательства лишь над одним телом умершего, одной могилой и т. д. Однако использование законодателем при формулировке данного уголовно-правового предписания синекдохи, которая является разновидностью метонимии, основанной на перенесении значения с одного явления на другое по признаку количественного соотношения между ними (употребления множественного числа имен сущест­вительных в значении единственного числа, т.е. наименования единичного объекта во множественном числе), является примером логи­ческой юридико-технической ошибки, которая влечет возникновение проблем в процессе правоинтерпретационной деятельности. Необхо­димо обратить внимание на то, что многие авторы под надругательством над телами умерших понимают глумление над телом человека, обнажение или расчленение трупа, извлечение трупа из могилы, внедрение в тело умершего различных предметов, в покрытии тела нечистотами и т. д. Таким образом, представители уголовно-правовой науки стоят на позиции того, что для привлечения лица к уголовной ответственности по ст. 244 УК РФ, достаточно совершения надругательства над одним телом [11, с. 245—246; 12.; 13; 14; 15, с. 440; 16, с. 404; 17, с. 573; 3; 4.; 5].

В этой связи хотелось бы согласиться с представителями уголовно-правовой науки, предлагающими редакционно изменить диспозицию части 1 статьи 244 УК РФ, изложив ее следующем образом: «Надругательство над телом умершего либо уничтожение, повреждение или осквернение места захоронения, надмогильного сооружения или кладбищенского здания, предназначенных для церемонии в связи с погребением умершего или его поминовением» [9, с. 41]. Следова­тельно, и название самой статьи также необходимо изменить на следую­щее: «Надругательство над телом умершего и местом его захоронения».

2.Анализ ст. 244 Уголовного кодекса Российской Федерации позволяет утверждать, что в нарушении 1-го закона логики при формулировке уголовно-правовых предписаний законодатель также использует термины-синонимы: «надругательство — осквернение». В толковом словаре русского языка слово «надругательство» означает оскорбительное, грубое издевательство, кощунство [7, с. 389]. Слово «осквернение» означает «нарушить чистоту чего-либо, лишить святости, подвергнуть поруганию, оскорбить, унизить, запятнать чем-либо» [6, с. 729]. В связи с совпадением содержания данных понятий, которые различаются лишь оттенками значения, представляется, что наиболее целесообразнов тексте статьи 244 УК РФ оставить только одно из этих понятий, а диспозицию части 1 статьи 244 УК РФ редакционно изменить, изложив следующим образом: «Незаконные действия над телом умершего либо уничтожение, повреждение или осквернение места захоронения, надмогильного сооружения или кладбищенского здания, предназначенных для церемонии в связи с погребением умершего или его поминовением». Тем самым, использование синонимов позволяет избегать лексических повторов в тексте. Однако «боязнь» повторов не актуальна для текста выполненного в официальном стиле нормативно-правовых актов. Поэтому законодатель не должен забывать о логических правилах законотворчества и не вносить в текст словесных форм, порождающих определенные трудности для правоприменителя.

Список литературы:

  1. Иванов Е.А. Логика: учебник / Е.А. Иванов. — М.. 1996. — 3 с.;
  2. Кашанина Т.В. Юридическая техника: учебник. М. Эксмо, 2007. — 28 с.;
  3. Комментарий к Уголовному кодексу РФ / отв.ред. В.М. Лебедев.: — М., Юрайт, 2007.;
  4. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / отв. ред. А.А. Чекалин, — М.: Юрайт, 2007.;
  5. Комментарий к Уголовному кодексу российской Федерации / отв. ред. В.Т. Томин: — Н.Новгород, 2010.;
  6. Кузнецов С.А. Толковый словарь русского языка: СПб, НОРИНТ, 2000. — 729 с.;
  7. Ожегов С.Н., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М.: «АЗЪ», 1992. — 389 с.;
  8. Панько К.К. Методология и теория законодательной техники уголовного права России: Мн.: Воронеж, 2004. — 19 с.;
  9. Тихонова С.С. Уголовно-правовое регулирование посмертного и прижизненного донорства в Российской Федерации: Мн. Нижегородский госуниверситет., 2002.;
  10. Тихонова С.С. Юридическая техника в уголовном праве: курс лекций. Н. Новгород: ДЕКОН, 2008.;
  11. Уголовное право Часть особ.: Учебник / ред. Л.В. Иногамова-Хегай.: — М.: Инфра-м. 2006.;
  12. Уголовное право России. Части общая и особенная: Учебник / ред. А.И. Рарога — М.: Проспект. 2007.;
  13. Уголовное право России. Часть особ.: Учебник / отв. ред. Игнатов А.Н.: М.: Норма. 2006.;
  14. Уголовное право России. Часть особ.: / под ред. Г.Н. Борзенкова, В.С. Коммисарова — М., 2002.;
  15. Уголовное право Российской Федерации.: Учебник. / Л.В. Иногамова-Хегай, А.И. Рарог, А.Н. Чучаев — М., Инфра-м, 2006.;
  16. Уголовное право России части общая и особенная.: Учебник / А.И. Рарог, Г.А. Есаков, В.П. Степанин, А.И. Чучаев, — М.: Проспект., 2007.;
  17. Уголовное право России: Учебник для вузов т. 2 особ. Часть / А.Н. Игнатов, Ю.А. Красиков, — М.: Норма, 2005.;
  18. Энциклопедический юридический словарь / отв. ред. О.Г. Румянцев, В.Н. Додонов. — М.. 1996. — 93 с.

Естественно, что законодатель должен знать не только особенности языка и стиля нормативных актов, но и юридико-технические средства, обеспечивающие эти особенности.

Среди них выделяются юридическая терминология, нормативное изложение, юридические конструкции, отраслевая типизация.

Основой юридического текста является юридический (правовой) термин. Это выраженное непосредственно в тексте акта словесное обозначение определенного понятия, имеющее точную сферу смыслового обозначения.

Основными признаками термина являются: адекватность отражения содержания понятия, смысловая однозначность, соотнесенность с другими родовыми терминами, профессиональный уровень практического употребления. Термины имеют четкое словесное обозначение и точное смысловое содержание. Они лишены эмоциональной окраски.

Поскольку право существует в письменной форме, правовые акты излагаются словесно. В этом они близки с любыми письменными произведениями.

Однако право – самостоятельное институциональное образование. И в силу его особенностей, признаков, именно термины, а не простые слова и выражения являются основным средством, обеспечивающим, формальную определенность права, определенность и точность правового регулирования. Поэтому при написании правовых актов, кроме обычной, литературной, используется специальная, юридическая терминология.

Для юридической терминологии характерно:

единство терминологии. Одинаковые термины, используемые при формулировании юридических норм, должны иметь тождественное значение, недопустимо для обозначения одних и тех же понятий использовать разные термины;

общепризнанность терминологии. Используемые термины должны получить признание в науке и практике. Недопустимо «придумывание» новых, наиболее «удачных», оригинальных терминов;

устойчивость терминологии. Нельзя без особо веских причин отказываться от ранее используемой и принятой терминологии. Следует учесть, что в российском законодательстве широко используются не только терминология из российского словарного запаса, но и термины иностранного (преимущественно латинского) происхождения. Это не является недостатком, а лишь говорит о самостоятельном значении права как общепризнанного во всем мире социального регулятора.

Таким образом, юридический термин – это слово или словосочетание, которое употреблено в законодательстве, является обобщенным наименованием юридического понятия, имеющего точный и определенный смысл, отличается смысловой однозначностью , функциональной устойчивостью[35] .

Право регулирует различные сферы общественных отношений, обращено к различным субъектам, поэтому в правовых актах не могут быть использованы только правовые, юридические термины. Здесь вполне естественно использование терминов и из иных отраслей знания (медицины, образования, техники). Однако, будучи закрепленными в законодательстве, и получив определенную «юридизацию», они используются в качестве правовых. В процессе развития общественных отношений одни термины утрачивают свое значение (например, «поражение в правах», «оседлость»), другие появляются («траст», «работодатель»), третьи незначительно изменяются («коллективный трудовой договор» — «коллективный договор») и т.д.

Читайте также:  Обгон на мосту наказание 2018

Классификация юридических терминов

Юридические термины классифицируются по различным основаниям.

Прежде всего, они могут быть общеправовые, характерные для многих отраслей законодательства («закон», «решение», «юридическая сила», «суд»).

К межотраслевым относятся термины, употребляемые в нескольких отраслях законодательства («договор», «штраф», «значительный ущерб», «проступок»).

Кроме того, различаются термины общеупотребимые («находка», «родители», «дети»…). Таковых в законодательстве, по мнению исследователей, до 80 %; общеупотребимые, но имеющие специальное значение («сделка», «семья», «дело», «жалоба»), сугубо юридические («юридическое лицо», «акцепт», «дееспособность).

По объему содержания термины могут быть точные и оценочные.

Точные термины имеют строго определенное содержание, независимо от конкретной ситуации, места, времени и т.д. («правонарушение», «развод», «убийство», «пенсия»).

Оценочные термины более общие по содержанию, которое зависит от конкретных обстоятельств дела, личности, субъективного мнения субъекта, реализующего право («существенный вред», «значительный ущерб», «уважительные причины»).

Естественно, законодатель (так же, как и субъект, реализующий право) должны знать и различать юридические термины, хорошо и правильно ориентироваться в многообразии терминологии, используя различные термины в необходимых для различных отношений сочетаниях.

Вместе с тем, законодатель должен учитывать и допустимость используемых терминов. В частности, в законодательстве следует избегать омонимов и синонимов. Их наличие усложняет понимание содержания актов и их реализацию. Хотя в нормативных актах встречаются и те, и другие. Так, например, в одном случае говорится, что нормативные акты публикуются, а в другом, что они опубликовываются. Примером омонимов можно назвать термин «брак» (в семейном и трудовом праве), «дача» (собственность и дача показаний), «отвод» (судьи и земельного участка).

Нередко используются в праве и архаизмы – устаревшие выражения («пристав», «кара», «поруки», «бремя»).

Интерес представляет вопрос об использовании в нормативных актах иноязычных слов и выражений. Безусловно, основанное на рецепции римского права позитивное право не может не содержать латинской юридической терминологии, процесс глобализации касается и юридической материи, а значит и внедрения в тексты иностранных слов. Однако следует иметь в виду, что при этом не следует употреблять в правовых актах слов и выражений, которые вообще не отражают российскую действительность. Например, не только в обыденный язык, но и в правовые акты проникают такие термины, как «конгрессмен», «спикер», «сенатор», хотя таких должностных лиц в государственном аппарате России нет. Широко распространено понятие «импичмент», хотя конституционно это явление характеризуется как «отрешение от должности».

Нежелательно использование в правотворчестве жаргонов. Однако и в законодательство проникают такие, например, выражения как «отмывание денег», «вор в законе» и др.

Правовые предписания могут выражаться не только посредством слов, терминов, но и с помощью различных символов. Для них характерна краткость, ясность, однозначность содержания. Достаточно вспомнить дорожные знаки, предусмотренные правилами дорожного движения.

Таким образом, подводя итоги о терминологии как средстве юридической техники, укажем на основные требования, предъявляемые к ним. Их должен знать каждый юрист.

1. Точное и недвусмысленное отражение содержания правового понятия, недопустимость использования неясных, двусмысленных, расплывчатых выражений.

2. Употребление терминов в своем прямом, общеизвестном, а не в переносном значении.

3. Простота и доступность в понимании терминов. Не следует употреблять термин, хотя и получивший распространение среди узких специалистов, но не понятный гражданам (а иногда и должностным лицам).

4. Отказ от употребления устаревших и активно не используемых слов и выражений («вчинить иск», «бремя доказывания»).

5. Отказ от канцеляризмов, слов и оборотов бюрократического стиля («по сему», «по линии»).

6. Употребление, как правило, общепризнанных и устоявшихся в литературном языке терминов. Нежелательны такие, например, термины как «содолжник», «довзыскание».

7. Устойчивость, стабильность в употреблении юридической терминологии.

8. Благозвучность и стилистическая правильность юридических терминов. Недопустимо употребление явно «искусственных» теминов, таких, как «неработа», «невиновник», «неналожение».

9. Очень осторожно законодатель должен относиться к аббревиатуре. Следует использовать аббревиатуру, закрепленную нормативно. УК, ГК, РСФСР, но не РФ (вместо Россия, Российская Федерация). Тем более нельзя нормативно употреблять сочетания, известные только специалистам (например, «уралпромсвязь»).

10. Следует обращать внимание на соотношение терминов, применяемых в заголовках статей и в самом тексте нормативного акта: они должны быть одинаковы по смыслу и содержанию.

11. Использование единой терминологии относится как к одному акту, так и ко всем актам соответствующей сферы регулирования.

Обратимся к рассмотрению иных юридико-технических средств.

Нормативное изложение правового материала

В отличие от иных грамматических текстов правовые акты не излагаются посредством повествовательных, вопросительных или восклицательных предложений. Они излагаются в форме конкретного, формально закрепленного государственно- властного веления нормативного характера. При этом широко применяются императивные выражения с использованием категорий «право», «обязанность», «наказывается» и т.д.

Право представляет собой не механическую совокупность, сумму, а систему норм. Следовательно, нормы-предписания должны быть изложены во взаимосвязи, взаимозависимости. В частности, учитывая логическую структуру норм, необходимо связывать регулятивные и охранительные, материальные и процессуальные нормы. В некоторых случаях нормы-предписания поддерживаются, объясняются с помощью дефинитивных норм и т.д.

Это определенная логическая модель будущего (образовавшегося в результате реализации норм) правового отношения. Прежде чем закрепить нормативно и записать текстуально, законодатель уже видит, представляет будущее отношение, конструирует его логические связи. Конструкция предполагает наличие определенных субъектов, их прав и обязанностей, объекта. Причем, законодатель не изобретает, не придумывает их каждый раз. Они заранее известны и выработаны мировой юридической наукой и практикой. Например, регламентируя отношения купли-продажи, законодатель представляет будущих участников этого отношения (покупатель и продавец), их положение, будущие действия и условия по передаче вещи, последствия передачи и т.д. Естественно, что эта конструкция будет отличаться, например, от конструкции отношения мены. Хотя и в том и другом случае отношения связаны со сменой собственника путем передачи вещи. Таким образом, юридические конструкции представляют собой как бы готовые типовые образцы, схемы, в которые облекается нормативный материал. Их использование, с одной стороны, облегчает формулирование юридических норм, с другой – придает праву четкость и формальную определенность.

Системное изложение нормативного материала накладывает отпечаток и на отраслевую терминологию, и на характер правового предписания. Для каждой отрасли законодательства характерны юридические термины, отсутствующие в иных отраслях (преступление – в уголовном праве, работник – в трудовом, принципал, комиссионер – в гражданском). Использование однородных терминов в различных отраслях законодательства усложняет его реализацию, порождая споры и противоречия. С другой стороны, каждая отрасль законодательства имеет и специфическое построение нормативного материала, специфическое текстуальное изложение. Так, в уголовном кодексе специфически изложен текст уголовной нормы. «Кража…наказывается…», «разбой…наказывается…». Согласно правилам грамматики получается, что наказывается (То есть подлежит наказанию) не нарушитель, а деяние (кража, разбой). Естественно, что при изложении текста нормативного акта законодатель должен учитывать эти типичные для каждой отрасли особенности.

Юридико-технические приемы

Если технические средства, используемые законодателем, в какой-то мере «материализованы», то технические приемы — это логические приемы, используемые законодателем при изложении содержания нормы. К таковым относятся: юридические презумпции, преюдиции, фикции и правовые аксиомы.

Читайте также:  Какой период включается в график отпусков

Презумпцииэто предположения о наличии фактов, которых может и не быть в действительности. Подобные предположения имеются практически во всех отраслях законодательства (презумпция невиновности – в уголовном праве, презумпция добросовестности – в гражданском, презумпция отцовства – в семейном праве). На первый взгляд, представляется, что подобные предположения снижают определенность законодательства. На самом деле, именно презумпция обеспечивает точность, определенность и единство правового регулирования. Представим себе, что в уголовном праве отсутствует презумпция невиновности. Тогда подсудимому пришлось бы доказывать свою невиновность. Суд же, напротив, доказывал бы виновность. Это усложняло бы процесс, потребовало бы массу доказательств и т.д. В одном случае подсудимому удалось бы доказать невиновность, в другом, аналогичном, по каким-то причинам он не смог это сделать. Законодатель же строит процесс доказывания на предположении (презумпции) невиновности подсудимого. В этом случае бремя доказывания лежит на суде — профессиональном правоохранительном органе судебной власти. Большинство презумпций опровержимые. Они могут быть опровергнуты в ходе доказывания (иначе обвинительным приговорам вообще не нашлось бы места).

Преюдиции — это предположения о правильности правового акта, когда к нему процессуально обращаются вновь. Правильный акт – это акт законный, обоснованный и целесообразный. Правоприменительная деятельность всегда заканчивается принятием индивидуального решения. При новом рассмотрении, когда повторное совершение деяния имеет квалифицирующий характер, предыдущее деяние вновь не пересматривается, а акт, его подтверждающий, трактуется как правильный, не подлежащий оспариванию. Тем самым в правовом регулировании обеспечивается единообразие и законность.

Юридическая фикция – предположение о наличии факта, которого не может быть в действительности. Так, например, днем смерти гражданина, признанного судом умершим, считается день вступления в силу судебного решения о признания гражданина умершим. Совершенно очевидно, что точно предсказать день смерти не может никто. Это фикция. Но законодательство, построенное на ее основе, вносит упорядоченность и определенность в семейные отношения.

Правовые аксиомы – положения , принимаемые без доказательств в силу непосредственной убедительности, истинности. Истинность аксиом подтверждена многолетней практикой. Примеры правовых аксиом: «Неопубликованные законы не применяются», «Незнание закона не освобождает от ответственности», «Закон обратной силы не имеет». Законодатель в процессе правотворчества строит нормативный материал, исходя из содержания данных аксиом. Естественно, юрист-профессионал должен знать основные аксиомы и использовать их в практической деятельности.

Правила юридической техники

В литературе указывалось, что все правила законодательной (юридической) техники можно разбить на три вида:

1. правила, относящиеся к внешнему оформлению нормативных актов;

2. правила, относящиеся к содержанию и структуре нормативного акта;

3. правила и приемы изложения норм права (Черданцев А.Ф. Теория государства и права.- М.,1999. — С. 367-370).

Это правила построения нормативного акта, его внешняя архитектоника.

Они связаны с реквизитами акта и его структурной организацией.

Каждый нормативный акт должен иметь внешние реквизиты, свидетельствующие об его официальном государственно-властном характере, отражающие его содержание, юридическую силу, место и дату издания. Сюда относятся: наименование акта, его вид (закон, указ, приказ…), его заголовок, указание на место издания, дату принятия, время вступления в силу, подпись официальных лиц, а для ряда актов также и порядковый номер издания. Для их выражения выработаны определенные правила. Так, основные требования к заголовку – точность и краткость.

Структурная организация нормативного акта. Крупные нормативные акты (особенно кодифицированные) предполагают наличие общей части, где фиксируются общие положения, принципы. В кодифицированных актах нормативный материал располагается по разделам и главам. Каждый из них объединяет нормы конкретного института или групп институтов.

Первичной структурной единицей текста нормативного акта является статья. Статьи структурно делятся на абзацы, части, пункты, подпункты. Обычно пункты статьи обозначаются арабскими цифрами, подпункты – русскими буквами.

Каждая статья имеет номер и наименование, отражающее ее содержание. Как правило, статьи нормативного акта имеют сплошную нумерацию. В этом случае при внесении дополнений нумерация статей не меняется, а новая статья имеет одинаковый номер с предыдущей с добавлением цифры 1,2,3. К сожалению, в отечественной правотворческой практике не достигнута однозначная нумерация. Например, специфически осуществляется нумерация статей в федеральном Кодексе об административных правонарушениях.

В юридической литературе нет единства по поводу структуры конкретной нормы. Но совершенно ясно, что невозможно в одной статье закрепить только один элемент правовой нормы (гипотезу, диспозицию либо санкцию). С другой стороны, какой бы концепции ни придерживался законодатель, он не может закреплять в одной статье все три элемента нормы. Это затрудняет как формулирование норм, так и их осознание и понимание. При этом он должен учитывать специфику, виды норм и их «специализацию».

Кроме рассмотренных, в правотворчестве используются и иные юридико-технические приемы и средства. Главное – это не типичные средства, приемы и правила, а осуществляемые в определенных случаях. Среди них можно отметить такие приемы, как перечни, приложения, оговорки, примечания. В связи со сложностью общественных отношений, спецификой права и технических средств его обеспечения, все указанные приемы используются законодателем. Однако они не являются обязательными, необходимыми в процессе изложения каждого правового акта.

Таковым являются, например, примечания.

Примечание в праве – это нормативное установление, специально предназначенное для специального содержания текстового либо символического подчеркивания обособления какого-либо факта, обстоятельства, состояния, процесса, фрагмента деятельности. Оно выступает как специфическая форма конкретизации, дополнения юридических норм, а так же изменения сферы, уровня, состояния, либо процедуры правового регулирования.

Нередко законодателем используются таблицы и приложения.

Таблица – это перечень сведений, чаще всего цифровых данных, приведенных в определенную систему и распределенных по графам. Такая информация существенно облегчает восприятие текста, насыщенного однородными сведениями.

Приложения к статьям или акту в целом представляют собой дополнительную информацию справочного характера, облегчающую работу с документом, позволяющую избежать ненужных повторов.

В некоторых субъектах Федерации приняты специальные нормативные акты («законы о законах»), в которых эти технические правила и приемы закреплены нормативно. Примером может служить Закон Свердловской области «О нормативных актах в Свердловской области». Однако во многих субъектах такого акта нет. Отсутствует он и на федеральном уровне. Поэтому весьма остро стоит задача разработки и принятия федерального закона о нормативных актах, в котором бы четко определены юридические положения, касающиеся разработки, формулирования и принятия нормативных актов, Такие, единые для всей Федерации правила обеспечили бы единство и определенность правового регулирования в России.

Итак, мы рассмотрели первую стадию правового регулирования – стадию общей (нормативной) регламентации. Именно здесь в процессе правотворчества создаются нормативные акты, содержащие нормы права – правила поведения общего характера.

Следующая стадия – стадия индивидуальной правовой регламентации (конкретизации), которая осуществляется в рамках правоотношений.

Литература к теме

Власенко Н.А. Основы законодательной техники. — Иркутск, 2001.

Власенко Н.А. Законодательная технология (теория, опыт, правила): Учебное пособие. – Иркутск, 2001.

Власенко Н.А. Язык права. – Иркутск, 1997.

Губаева Т.В. Язык и право. М.: Изд-во «Норма», 2003.

Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: Сб. статей в 2 т. — Н.Новгород, 2001.

Кашанина Т.В. Юридическая техника: Учебник. — М.: Эксмо, 2007.

Шабуров А.С. Юридическая техника правовых актов. — Екатеринбург, 2005.

Шугрина Е.С. Техника юридического письма. — М.: Изд-во «Дело», 2000.

Чухвичев Д.В. Законодательная техника. — М.: «Закон и право», 2006.

Понравилась статья? Поделить с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector