Электроэнергия это товар или услуга

страница 17 из 34

В остальных разделах исследования будут рассмотрены наиболее ограничительные меры, применяемые правительствами в области торговли в зоне ДЭХ.Такой анализ законодательной базы обеспечит основу для определения того, может ли устранение таких барьеров способствовать созданию более либерального режима торговли и инвестиций в будущем. Провести исчерпывающий анализ законов, нормативных актов и административных решений не представлялось возможным ввиду ограниченности ресурсов, времени и имеющегося объема данных. Вместо этого, в настоящем документе будут определены основные нормативно-правовые барьеры по их основным видам (например, таможенные пошлины, ограничения на импорт или практика государственной торговли), которые будут проиллюстрированы конкретными примерами из практики отдельных стран ДЭХ.

6 Электроэнергия: производство, торговля и регулирование

6.1 Определение электроэнергии: товар или услуга?

Электроэнергия является неосязаемым товаром, который должен производиться по мере его потребления, что придает ему одну из характерных особенностей услуги. С другой стороны, у электроэнергии много функций, аналогичных функциям нефти и газа, чьи «товарные» характеристики никогда не ставились под вопрос (и которые прямо конкурируют с электроэнергией). Разграничение между товаром и услугой имеет исключительно важное значение, поскольку международные договоры предусматривают различные нормы и режим для торговли товарами и торговли услугами. Поэтому режим электроэнергии в том или ином международном торговом споре, будь то в рамках Всемирной торговой организации (ВТО) или иного инструмента, будет различным в зависимости от того, будет ли электроэнергия сочтена товаром или услугой. В настоящем докладе внимание в основном уделяется товарной компоненте электроэнергетического сектора, но барьеры в торговле электроэнергией как услугой также рассматриваются в Главе 9.

В контексте ВТО, Генеральное соглашение по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ-1994) и другие связанные с товарами соглашения содержат обязательства членов ВТО по торговле товарам, в то время как торговля услугами регулируется Генеральным соглашением по торговле услугами (ГАТС). В случае определения электроэнергии в качестве услуги, а не товара, иностранные фирмы, экспортирующие электроэнергию, будут пользоваться правами по ГАТС, а не по ГАТТ-1994 и другим соглашениям Приложения 1А. Аналогичным образом, если члены ВТО предпочтут определить выработку электроэнергии как процесс изготовления, иностранные фирмы, которые желают стать владельцами или приобрести электрогенерирующие объекты, будут наделены правами и привилегиями либо по ГАТС, либо по ГАТТ.

Природа электроэнергии, т.е. вопрос, является ли электроэнергия товаром и должен ли ей предоставляться такой же режим, как всем осязаемым товарам, или услугой, является предметом длительных споров. ГАТТ, созданный в 40-е годы, не содержит перечня товаров, к которым применяются его положения. Тем не менее, с самого начала было ясно, что цель ГАТТ заключалась в закреплении норм и обязательств по торговле товарами, а не услугами, за исключением некоторых аспектов услуг, таких как услуги по транспортировке, режим которых имеет значительные последствия для условий торговли товарами. История создания ГАТТ свидетельствует, что на начальном этапе ГАТТ электроэнергия не квалифицировалась в качестве товара, что можно было бы объяснить невозможностью ее хранения.

Недавние обсуждения в ВТО в отношении электроэнергии отражают тенденцию в направлении общего признания того, что электроэнергия подпадает под сферу товарных соглашений (т.е. ГАТТ и других соглашений, включенных в Приложение 1А ВТО); в то время как деятельность по передаче, распределению и другим смежным услугам подпадает под сферу применения ГАТС. Такое признание также отражается в том, что многие торгующие страны приняли на себя обязательство ВТО по связыванию тарифов на электроэнергию.

Такие несовпадающие мнения о характере электроэнергии не создавали каких-либо крупных проблем, поскольку торговля электроэнергией являлась окказиональной и была закреплена за национальными монополиями. С учетом того, что либерализация электроэнергетики в целом ряде стран и последовавшее открытие доступа на рынки электроэнергии для потенциальных иностранных поставщиков, а также в свете возможной либерализации торговли услугами в рамках ВТО, возникла необходимость найти на многостороннем уровне решение давнему спору о том, является ли электроэнергия товаром или услугой.

В большинстве европейских стран электроэнергия всегда считалась товаром, и большинство европейских таможенных тарифов предусматривали тарифы на электроэнергию. В Европейских сообществах данный вопрос стал предметом нескольких судебных разбирательств, в которых Европейский суд в итоге вынес определение, что электроэнергия является товаром, а не услугой.

Электроэнергия классифицируется в Гармонизированной системе описания и кодирования товаров (ГС/HS) Всемирной таможенной организации (ВТО/WCO) по группе 27.16. Согласно Гармонизированной системе, электроэнергия имеет факультативную позицию, что позволяет членам ВТО/WCO определять, согласны ли они с классификацией электроэнергии в качестве товара для тарифных целей или нет. Такой факультативный характер электроэнергии по Гармонизированной системе, как представляется, отражает тот факт, что некоторые страны считают ее не товаром, а услугой.

Статус электроэнергии по Договору к Энергетической Хартии не подлежит сомнению: она включена в Приложении ЕМ к Договору (и в Приложение ЕМ I к Договору с учетом торговой поправки). Это означает, что все соглашения ГАТТ 1994 года и других соглашений Приложения 1А ВТО, которые включены в ДЭХ путем отсылки, применяются к вывозу и ввозу электроэнергии.

Поскольку ДЭХ инкорпорировал только положения ВТО, касающиеся товаров, вопрос о применимости ГАТС к торговле электроэнергией не встает. Однако "Хозяйственная Деятельность в Энергетическом Секторе", согласно ее определению в статье 1(5) ДЭХ, полностью охватывает услуги в области энергетики, включая услуги, относящиеся к электроэнергии. Своими инвестиционными положениями ДЭХ регулирует одну из четырех форм торговли услугами, относящимися к электроэнергии: торговля через коммерческое представительство, которое, в широком смысле, соответствует так называемому режиму поставки 3 по ГАТС (более подробно см. в главе 9.1).

6.2 Структура отрасли, регулирование и конкуренция

Электроэнергетика состоит из четырех вертикально связанных функций: производство, передача, распределение и снабжение. Производство представляет собой выработку электроэнергии. Оно предполагает преобразование первичных энергоресурсов, таких как уголь или природный газ, в электроэнергию. Производство электроэнергии может осуществляться при использовании мазута, природного газа, угля, атомной энергии, гидроэнергии (падающей воды), возобновляемых источников энергии, ветровых турбин и фотоэлектрических технологий. Передача и распределение объединяют в себе «проводные» функции. Передача — это высоковольтный транспорт электроэнергии. Вместе с тем, передача представляет собой не просто транспортировку, но и включает в себя управление разрозненными электроустановками в рамках сети для поддержания необходимого напряжения и частоты и недопущения отказа системы. Распределение — это низковольтный транспорт электроэнергии. И, наконец, снабжение электроэнергией — это реализация электроэнергии конечным потребителям. Оно включает в себя учет электроэнергии, выставление счетов и оптовый или розничный сбыт.

Регулирование в сфере электроснабжения прежде всего обусловлено наличием условий естественной монополии, внешних факторов и признаков общественного блага. Такие условия объясняют традиционную монопольную структуру рынку отрасли в целом. В большинстве стран традиционно вся электроэнергетика рассматривалась как «естественная монополия», и практически во всех странах электроэнергетика развивалась со структурой, которая представляла собой (и во многих странах по-прежнему представляет) вертикально интегрированные производство, передачу, распределение и розничную реализацию электроэнергии. Эти структуры с вертикальной интеграцией сочеталась либо с горизонтальной интеграцией с включением электростанций, объединяя всю национальную систему в рамках единой фирмы, либо с комплексом кооперативных мероприятий, которые связывали отдельные области контроля, входящие в одну систему. В большинстве стран, включая европейские, такие вертикально интегрированные компании являлись

национальными монополиями, часто государственными, с эксклюзивными правами на обслуживание розничных потребителей: услуги по производству электроэнергии, ее транспортировке и распределению предоставлялись конечным потребителям на комплексной основе.

Однако условия естественной монополии отсутствуют в некоторых отраслях электроэнергетики. Хотя передача и распределение нередко считаются естественной монополией, производство и снабжение потенциально допускают конкуренцию. Объединение в пулы (функционирование рынка) и диспетчеризация также квалифицируются в качестве естественных монополий, хотя имеется мнение, что в них существует возможность развития конкуренции на основе децентрализованной торговли по контрактам. Поэтому реформа в области регулирования имела тенденцию к функциональному разъединению (организационному обособлению по видам деятельности) в отрасли на этих уровнях и открытию некоторых элементов, обычно таких как производство и (розничное и оптовое снабжение для конкуренции.

Читайте также:  Энергосбыт квитанция по лицевому счету

Одним из основных стимулов к проведению реформ в области регулирования, включая приватизацию и трансграничную конкуренцию, заключается в историческом опыте неэффективного функционирования электроэнергетики во многих странах, в особенности в тех, которые традиционно делали ставку на государственные коммунальные предприятия. Дополнительными стимулами к проведению реформ в области регулирования послужили и общие тенденции к либерализации отечественной экономики и необходимость распространения данного процесса на электроэнергетику. В зоне ДЭХ дополнительные стимулы к дерегулированию и либерализации электроэнергетики включают в себя следующие: необходимость формирования единого рынка Европейского Союза; привлечение прямых иностранных инвестиций путем приватизации производства и распределения электроэнергии в странах с переходной экономикой и, тем самым, высвобождение средств госбюджета; постепенная гармонизация национального законодательства стран-кандидатов в ЕС с директивами единого рынка ЕС (так называемым "acquis communautaire").

распечатать | скачать бесплатно Региональные рынки электроэнергии в странах ДЭХ (страница 17 из 34), Секретариат Энергетической Хартии, Источник: Официальный сайт Энергетической Хартии (European Energy Charter),
www.encharter.org

скачать архив.zip(949 кБт)

Задолженность Северного Кавказа за электроэнергию остается проблемой номер один для региона

Пока законодатели решают этот вопрос, а юристы спорят, какой категорией определять электроэнергию, на Северном Кавказе выявляют все больше желающих попользоваться ей бесплатно.

Это и те, кто месяцами не платит за свет, и те, кто тихо подворовывает электричество, используя всевозможные хитрые приспособления. Есть и такие, кто самовольно подключился к электросетям и попросту беззастенчиво крадет энергоресурс в промышленных масштабах.

На чьей стороне закон?

Много это или мало? Судите сами: на эти средства можно построить тысячу километров новых линий электропередачи 110 кВ или около 25 мощных подстанций 110 кВ. Еще больше – 22,3 миллиарда рублей – задолженность конечных потребителей Северного Кавказа.

На 1 мая 2017 года задолженность за электроэнергию на Северном Кавказе составляла почти 9,5 миллиарда рублей
Энергетики подают на должников в суды, занимаются разъяснительной работой, проводят многочисленные рейдовые мероприятия, инициируют поправки в законы, но долги по-прежнему не уменьшаются.

Почему? Может, потому, что некоторые не платят месяцами, годами – а свет все не гаснет? Впрочем, как говорят энергетики, «это не ваша заслуга, а наша недоработка» и, в конце концов, должника отключат, а незаконно подключившегося еще и оштрафуют…

В общей сложности в течение 2016 года в рамках выполнения планов-графиков по выявлению фактов хищения электроэнергии филиалами и управляемыми обществами ПАО «МРСК Северного Кавказа» было проведено более 10 тысяч рейдов, из них более 1,7 тысячи – совместно с представителями правоохранительных органов. По выявленным фактам хищения электроэнергии было направлено более пяти тысяч обращений в правоохранительные органы, к административной ответственности привлечено более тысячи потребителей.

Россия – не Европа

Между тем в некоторых странах электричество «выдают» только по предоплате, то есть счет за электроэнергию пополняется, как, например счет мобильного телефона или интернета. Такая система, как считают в крупнейшей на Северном Кавказа электросетевой компании, могла бы быть эффективной на территории северокавказского региона.

Возможно, применима у нас и система, действующая в Испании, где жители, помимо оплаты по счетчику, вносят ежемесячную абонентскую плату.

В Италии же, где довольно дорогостоящие коммунальные услуги, за электроснабжение введена ежегодная абонентская плата – причем вне зависимости от того, проживает плательщик в квартире, доме или нет. Конечно, есть и такие страны, где все коммунальные платежи за коренное население оплачивает государство. Но Россия не ОАЭ.

Разумеется, в странах Европы вся система ЖКХ рассчитана исключительно на законопослушных потребителей. Там энергетики даже в страшном сне не могут представить магниты, набросы или прочие «хитрые штучки». Индивидуальные счетчики каждой квартиры, как правило, устанавливаются в том помещении, куда представители коммунальных служб имеют доступ и возможность ежемесячно снимать показания, а затем делать расчет суммы платежа. Жители же оплачивают полученные счета, не сомневаясь в правильности начислений.

Нам, конечно, до европейского уровня потребительской культуры далековато. И помочь здесь, увы, может только ужесточение законодательства в отношении неплательщиков и энерговоров или же какие-либо другие кардинальные меры.

В первую очередь, необходимо приучить потребителя к тому, что электроэнергия – это товар. Об этом давно говорит Юрий Зайцев, генеральный директор «МРСК Северного Кавказа». Он, кстати, инициировал обращение к российским законодателям, в котором было предложено добавить в статью 158 «Кража» УК РФ новую формулировку, где электроэнергия приравнивается к товару – как это уже действует согласно УК РФ в отношении нефти и газа.

Российские законодатели пришли к обозначению электроэнергии как товара еще в начале прошлого века. В решении от 7 мая 1902 года сенат указывал, что «электричество. обладает всеми признаками имущества в смысле закона», а электроэнергию предлагал рассматривать в качестве движимого имущества.

Таким образом, властью была признана возможность хищения электроэнергии, а также присвоения права на электроэнергию. В 1926 году, уже при советской власти, в ст.163 Уголовного кодекса РСФСР предусматривалась ответственность за «кражу электрической энергии». А вот в УК РСФСР 1960 года подобный состав преступления уже отсутствовал. В период с 1986 по 1994 год в России такая ответственность была восстановлена, но не за хищение (кражу) энергии, а «за самовольное использование в корыстных целях электрической либо тепловой энергии или газа» (ст.94.2 УК РСФСР 1960 года).

Современный Уголовный кодекс прямо не предусматривает возможности привлечения к уголовной ответственности за хищение электроэнергии. В том числе и поэтому создалась проблема с неплатежами, поэтому происходят случаи откровенного противодействия, а порой и нападения на электромонтеров, которые по предписанию закона отключают неплательщиков и энерговоров.

Резонансный случай произошел в начале этого года в селе Чернолесском Новоселицкого района Ставропольского края (а ведь край считается относительно благополучным в части платежной дисциплины). Несмотря на заблаговременное предупреждение – за 20 дней до запланированной даты отключения домовладения за неоплату электроэнергии, законные действия энергетиков вызвали неадекватное поведение 40-летнего местного жителя. Сначала он вылил ушат оскорблений на электромонтёров Чернолесского участка Центральных электросетей «Ставропольэнерго», а затем пробрался на подстанцию и разгромил оборудование. Теперь ему грозит до 3 лет лишения свободы.

Уже даже не вызывают удивления случаи нападения на электромонтеров в Дагестане, где отключенные за неуплату (но перед этим долгое время пользующиеся неучтенным энергоресурсом) жители многоквартирных домов даже устраивают акции протеста.

Вопиющий случай произошел в этой республике несколько лет назад. После очередного рейда по неплательщикам и соответствующих законных отключений злоумышленниками была избита сотрудница энергокомпании, которая в тот момент работала на подстанции.

Два года назад произошел беспрецедентный случай нападения на начальника Кизлярских РЭС, в результате он был госпитализирован.

Зафиксированы факты нападения на электромонтеров и в Кабардино-Балкарии. Например, в прошлом году энерговор, задолжавший более 20 тысяч рублей за электричество, после отключения вместе с другом приехал на территорию Лескенских РЭС, устроил скандал, ударил главного инженера Арсена Гаштова, а затем выстрелил ему в живот из травматического пистолета… Энергетик попал в больницу. Заведено уголовное дело.

Практически в каждом субъекте СКФО такие дикие случаи есть, и даже уже стали обыденностью. Но ведь ни у кого не возникнет мысли побить продавца, который отказался тебе без денег отпустить хлеб или отключил за неуплату телефон.

«Тебя посодют – а ты не воруй!»

Ставшую крылатой фразу из известной кинокомедии цитируют все. Между тем не всем нравится «почему-то», когда их уличают в использовании неучтенного электричества.

А цифры свидетельствуют о том, что это серьезная проблема. По данным северокавказских энергетиков, за 2016 год выявлено 15,76 тыс. фактов неучтенного потребления на 199 млн кВт.ч электроэнергии на сумму 355 млн рублей. Это только то, что удалось вывести из тени, а сколько пока еще скрыто?

Читайте также:  Как рассчитать оплату горячей воды по счетчику

При этом какие только технологии не применяют наши граждане, чтобы умыкнуть без оплаты лишние киловатты. Одни просто самовольно подключаются к электросетям (бездоговорное потребление), другие используют всевозможные приспособления, чтобы пустить мимо счетчика использованные киловатты (безучетное потребление). При этом в многоквартирных домах стоимость общей оплаты за ОДН растет, следовательно, за украденную электроэнергию платят законопослушные соседи.

Понятно, что «умельцев» рано или поздно поймают, и тогда помимо оплаты всего объема безучетного потребления электрической энергии согласно КоАП РФ придется заплатить штраф за самовольное подключение к электрическим сетям. Для физических лиц сегодня он составляет 10-15 тысяч рублей, для должностных лиц – 30-80 тыс. рублей, а для юридических – 100-200 тыс. рублей.

Совсем недавно в Ингушетии были обнаружены опоры, на которых неизвестные установили обычные бытовые розетки, и все, кто желает, вполне мог попользоваться бесплатным электричеством. Можно было мобильник, например, зарядить. А можно и бетономешалку подключить – как это и сделали строители частного дома в Назрани.

Электромонтеры Назрановских РЭС обнаружили эти «признаки коммунизма» на ул.Бекова и ул.Мусиева. Розетки, разумеется, демонтируются, но неизвестные, как только энергетики уходят, тут же возвращают всё на свои места. Вот где бы активно подключиться нашим правоохранительным органам, но видимо, мелковато для них…

А энергетиков, между тем, беспокоит еще и другая сторона вопроса – кража электричества, вмешательство в нормальную схему работы электрооборудования может иметь страшные, порой непоправимые, последствия. И это не только убытки для компании, но и угроза жизни – как для самого энерговора, так и для нормальных законопослушных потребителей.

Депутаты услышали, но предложение зависло…

Между тем российские депутаты уже услышали энергетиков и, разобравшись в сути проблемы, предложили довольно жесткие меры по ее решению, направив для получения отзыва в правительство и Верховный суд РФ проект соответствующего закона.

За кражу электроэнергии депутаты Госдумы от «Единой России» Михаил Старшинов и Гаджимет Сафаралиев предлагают ввести наказание до шести лет лишения свободы. Как пояснил журналистам Старшинов, нынешняя редакция соответствующего пункта статьи 158 Уголовного кодекса РФ регламентирует наказание, в том числе за кражу из нефтепровода, нефтепродуктопровода, газопровода.

«Мы же считаем, что к этим деяниям должна быть приравнена кража из объекта электросетевого хозяйства, – сказал он. – Это позволит устранить имеющийся правовой пробел».

В случае принятия поправки, кража электроэнергии будет наказываться штрафом в размере от 100 тыс. до 500 тыс. рублей или в размере зарплаты или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет с ограничением свободы на срок до полутора лет или без такового, либо лишением свободы на срок до шести лет со штрафом в размере до 80 тыс. рублей или в размере зарплаты или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо без такового и с ограничением свободы на срок до полутора лет либо без такового.

«Эта норма позволит сбалансировать систему регулирования ответственности и приведет к частичной декриминализации статьи», — уверен депутат. Правда, пока предложение депутатов зависло где-то в коридорах власти.

© 2008—2019 «Россети Северный Кавказ»
e-mail: info@rossetisk.ru, телефон: (8793) 40-17-11, 34-66-80

Для полноценной и корректной работы всех приложений и документов веб-сайта «Россети Северный Кавказ» рекомендуется использование браузеров Internet Explorer и Mozilla Firefox.

В УСЛОВИЯХ РЕФОРМИРОВАНИЯ ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКИ
Ю.Ю. ЗАХАРОВ
Захаров Ю.Ю., кандидат юридических наук, начальник отдела транспорта и энергетики дирекции по правовым вопросам "РУСАЛ-УК".
Договор энергоснабжения и иные формы оборота электроэнергии
В настоящее время наиболее распространенной формой оборота электроэнергии является договор энергоснабжения. Параграф Гражданского кодекса РФ (далее — ГК РФ), посвященный этому договору, находится в главе о купле-продаже, тем самым законодатель позиционирует электроэнергию как товар, а не работу или услугу. Создание специального параграфа, посвященного купле-продаже (энергоснабжению) энергии, свидетельствует о том, что это товар особого рода, оборот которого требует специального правового регулирования.
К правовой природе электроэнергии существуют различные подходы. Традиционно ее оценивают с точки зрения физических свойств, а также процесса ее производства, передачи и потребления. С первой позиции энергию называют не вещью, а свойством вещи: энергия в отличие от вещей представляет собой определенное свойство материи — способность производить полезную работу, обеспечивать выполнение различных технологических операций, создавать необходимые условия для предпринимательской и иной деятельности.
С точки зрения процесса исполнения договора некоторые юристы предлагали квалифицировать договор снабжения энергией как договор подряда. Однако если говорить, что процесс снабжения электроэнергией является работой, то в данном случае будет трудно определить один из главных признаков этого понятия — овеществленный результат. Сейчас процесс продажи электроэнергии и ее доставки (передачи) до потребителя выделен в разные правовые формы, и передача электроэнергии на энергопринимающие устройства потребителя квалифицирована законодателем как услуга (ст. 3, 26 Федерального закона от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике").
На мой взгляд, оценку понятия "энергия" следует производить с точки зрения существующих правовых форм ее оборота. Ведь основная законодательная цель — наладить надлежащий хозяйственный оборот этого товара, учитывая его высокую публичную значимость.
В чем же состоит специфичность сделок с энергией? Во-первых, ГК РФ выделяет в качестве обязательного признака договора энергоснабжения присоединенную сеть. Во-вторых, реализация указанного товара требует со стороны покупателя наличия специальных средств учета электроэнергии. В-третьих, поскольку энергия является основой жизнедеятельности общества, закон предусматривает специальные правила о расторжении или приостановлении действия договора.
На практике можно встретить различные судебные толкования понятия "присоединенная сеть". Одни суды считают, что присоединение должно носить непосредственный характер. В принципе это следует из п. 2 ст. 539 ГК РФ, устанавливающего, что условием заключения договора энергоснабжения является наличие присоединения энергопринимающих устройств потребителя к сети энергоснабжающей организации. В случае если потребитель присоединен к сети третьего лица, которое, в свою очередь, присоединено к сети энергоснабжающей организации, то такое присоединение носит опосредованный характер и не соответствует требованию п. 2 ст. 539 ГК РФ. В то же время в Постановлении Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 19 февраля 2002 г. по делу N А33-9279/01-С3а-Ф02-209/02-С1 была высказана следующая позиция: "Суд установил наличие технической возможности заключения договора теплоснабжения с ООО. — присоединение энергопринимающего устройства через сети другого абонента к сетям энергоснабжающей организации и возможность обеспечения учета потребляемой тепловой энергии. Довод заявителя кассационной жалобы о том, что заключение договоров допустимо при непосредственном подключении энергопринимающего устройства к сети, принадлежащей энергоснабжающей организации, не основан на статьях 426, 539 Гражданского кодекса Российской Федерации".
Такая позиция имеет существенный изъян. Закон не предусматривает в отношении энергоснабжающей организации обязанность урегулировать подачу электроэнергии по договору энергоснабжения через сети, принадлежащие третьим лицам, а потребитель, обратившийся с заключением договора энергоснабжения, не вправе требовать от энергоснабжающей организации совершить такие действия в отношении третьего лица. Как следует из п. 3 ст. 308 ГК РФ, обязательство не создает обязанности для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон. Соответственно договор энергоснабжения не может решать судьбу имущества третьего лица. Приведенная позиция суда разрушает универсальность конструкции договора энергоснабжения и вводит не урегулированный законом элемент правоотношений.
Это нашло отражение и в судебной практике. В Постановлении ФАС Поволжского округа от 5 ноября 2002 г. по делу N А 12-2105/02-С18 указано, что лицо обратилось к энергоснабжающей организации с иском о заключении трехстороннего договора, по которому энергоснабжающая организация должна поставлять электроэнергию, в том числе через сети третьего лица. В иске было отказано по следующим основаниям: "Представленный истцом проект договора. содержит как элементы публичного договора энергоснабжения, от заключения которого истец не уклонялся, так и элементы договора на оказание услуг, заключение которого для ответчика не является обязательным". В другом деле (Постановление ФАС Поволжского округа от 18 июня 2002 г. по делу N А 06-272-9/02) суд расценил отсутствие непосредственного присоединения к сетям как основание для отказа в заключении договора энергоснабжения: "В силу п. 3 ст. 426 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается отказ энергоснабжающей организации от заключения публичного договора при наличии возможности поставить потребителю энергию. Ответчик указывает, что такая возможность отсутствует по техническим причинам, энергоустановки истца не присоединены непосредственно к сетям ответчика. Данный вывод подтвержден материалами дела и признан судом в качестве основания для отказа в удовлетворении иска". ФАС Московского округа в Постановлении от 17 апреля 2001 г. по делу N КГ-А40/1621-01 также посчитал наличие непосредственного присоединения к сетям существенным для заключения договора энергоснабжения.
В связи с изложенным характерной чертой договора энергоснабжения является именно непосредственное присоединение энергопринимающих устройств потребителя к сетям энергоснабжающей организации.
Кроме договора энергоснабжения в рамках оптового рынка электроэнергии существовали так называемые договоры поставки. В них отсутствовал существенный признак договора энергоснабжения. Например, в Постановлении ФАС Восточно-Сибирского округа от 23 января 2004 г. по делу N А33-5182/03-С1-Ф02-4986/03-С2 суд сделал следующие выводы относительно договора поставки электроэнергии на оптовом рынке: "Наличие присоединенной сети и прямого договора между двумя субъектами ФОРЭМ (продавцом и покупателем электрической энергии) не является обязательным и определяющим условием (п. 2 ст. 539 Гражданского кодекса Российской Федерации) в отношениях, складывающихся при купле-продаже электрической энергии на федеральном оптовом рынке электрической энергии (мощности)". В действительности если к отношениям по купле-продаже электроэнергии на оптовом рынке применять положения ГК РФ о договоре энергоснабжения, возникла бы большая трудность — покупатель и продавец непосредственно не соединены друг с другом электросетью.
Таким образом, до принятия законодательных актов о реформировании электроэнергетики сложились две системы договорных связей, опосредующих оборот электроэнергии, — энергоснабжение через присоединенную сеть и договор поставки на оптовом рынке.
Федеральный закон "Об электроэнергетике" ввел новые правовые формы оборота электроэнергии. В нем упоминаются договор купли-продажи электроэнергии, договор поставки электроэнергии, двусторонние договоры купли-продажи, заключаемые на оптовом рынке электроэнергии, конкурентный отбор заявок на покупку (продажу) электроэнергии на оптовом рынке. Сущность указанных договорных форм можно выразить одним понятием — "купля-продажа электроэнергии". С принятием законодательных актов в сфере электроэнергетики ГК РФ также претерпел изменения. Согласно ст. 539 ГК РФ к отношениям по договору снабжения электрической энергией правила о договоре энергоснабжения применяются, если законом или иными правовыми актами не установлено иное. Таким образом, Федеральный закон "Об электроэнергетике", являясь специальным актом регулирования, имеет более приоритетное значение для регулирования договоров, опосредующих оборот электроэнергии, чем соответствующая глава ГК РФ.
Изменился и субъектный состав правоотношений по купле-продаже электроэнергии. Помимо энергоснабжающих организаций в него включены производители электроэнергии, энергосбытовые организации, гарантирующие поставщики. Особым субъектом указанных отношений является гарантирующий поставщик. Введение этого участника рынка позиционируется законодателем как гарантия надежного обеспечения потребителей электрической энергией (ст. 38 Закона "Об электроэнергетике"), для которого установлен ряд специальных условий осуществления деятельности, в частности обязанность обслуживания каждого потребителя, который к нему обратится. Публичная значимость гарантированного поставщика подчеркивается законодателем при регламентации вопроса о приобретении хозяйствующим субъектом статуса гарантирующего поставщика. Статус гарантирующего поставщика присваивается в порядке, установленном Правительством РФ (п. 2 ст. 38 Федерального закона "Об электроэнергетике").
Соотношение различных правовых форм оборота электроэнергии
ГК РФ (ст. 539) регулирует лишь одну договорную форму купли-продажи электроэнергии — договор энергоснабжения. В связи с этим необходимо выяснить, как соотносятся между собой понятия "купля-продажа", "поставка", "энергоснабжение", используемые законодателем как различные формы оборота электроэнергии. Согласно ст. 539 ГК РФ под договором энергоснабжения понимается договор, из которого возникают обязанность энергоснабжающей организации подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию и обязанность абонента оплачивать принятую энергию. Как уже говорилось, ключевым элементом, характеризующим договор энергоснабжения, является обязанность подавать энергию через присоединенную сеть. То есть обязательства по энергоснабжению включают в себя не только действия по продаже электроэнергии, но и по ее подаче на энергопринимающие устройства потребителя.
Закон "Об электроэнергетике" предусматривает несколько иную конструкцию в отношении понятия купли-продажи электроэнергии. Пунктом 2 ст. 37 Закона закреплено, что в договоре купли-продажи может быть предусмотрена обязанность поставщика заключить договор оказания услуг по передаче электроэнергии в интересах потребителя. Это означает, что у продавца вместо обязанности подать электроэнергию потребителю есть обязанность урегулировать этот вопрос с сетевой компанией. Кроме того, в ст. 37 содержится норма, закрепляющая свободу потребителя в выборе контрагента по договору купли-продажи, договору поставки электроэнергии и запрет сетевой компании отказывать потребителю в заключении договора оказания услуг по передаче электроэнергии по основаниям, связанным с выбором потребителем определенного поставщика электроэнергии. То есть потребитель, заключив договор купли-продажи, вправе самостоятельно урегулировать правоотношения по доставке ему приобретенной электроэнергии с сетевой компанией независимо от того, с каким поставщиком он заключил договор. Исходя из этого, можно сделать вывод, что договор купли-продажи и договор энергоснабжения отличаются наличием у продавца обязанности подать электроэнергию потребителю на его энергопринимающие устройства через присоединенную сеть. По договору купли-продажи у продавца такой обязанности нет, у него есть обязательство только продать электроэнергию. Исходя из этого, договор купли-продажи и договор энергоснабжения являются различными конструкциями, опосредующими оборот электроэнергии. Договор энергоснабжения по существу является конструкцией, в которой совмещаются обязательства по купле-продаже электроэнергии и обязательства по оказанию услуг по ее передаче. Это диктует также и необходимость различного подхода к описанию рисков, связанных с переходом права собственности на товар, места исполнения обязательства и других условий при заключении соответствующего вида договора.
Закон "Об электроэнергетике" не проводит различия и не показывает соотношение между договором поставки и договором купли-продажи электроэнергии. Исходя из текста ст. 539 ГК РФ, договор энергоснабжения заключается с потребителем, т.е. имеет своей целью удовлетворение собственных нужд покупателя. В то же время договор купли-продажи (поставки) может быть заключен между производителем электроэнергии и энергосбытовой организацией, которая впоследствии перепродаст приобретенную электроэнергию в целях получения прибыли. Возможно, указанные договоры необходимо различать исходя из целей приобретения электроэнергии. Например, когда товар (электроэнергия) приобретается в предпринимательских целях.
Различия между договорами энергоснабжения и купли-продажи электроэнергии просматриваются и в некоторых специальных правилах, установленных законодателем. В п. 2 ст. 37 Закона "Об электроэнергетике" закреплена существенная особенность в отношении договоров купли-продажи или поставки электроэнергии. Потребитель и поставщик электроэнергии, т.е. стороны договора, не вправе расторгнуть договор до момента надлежащего уведомления сетевой организации о своем намерении. Таким образом, для таких договоров надлежащим юридическим составом для расторжения будут:
действия сторон по расторжению договора (соглашение сторон, односторонний отказ, в случае если он допускается);
уведомление в адрес сетевой компании о намерении расторгнуть договор.
Сетевая компания посредством оказания услуг по передаче электроэнергии по сетям обеспечивает исполнение договоров купли-продажи (поставки), передавая приобретенные потребителем объемы электроэнергии через свои сети на энергопринимающие устройства потребителя. Исполнение договора на оказание услуг по передаче электроэнергии зависит от исполнения договора купли-продажи электроэнергии, и наоборот. Эта зависимость прослеживается в Законе "Об электроэнергетике" (п. 2 ст. 26), который устанавливает, что условием оказания услуг по передаче является наличие правоотношений по купле-продаже электроэнергии и надлежащее исполнение сторонами своих обязанностей в рамках этих правоотношений. Поэтому факт расторжения договора купли-продажи электроэнергии является существенным для сетевой компании. На договор энергоснабжения это требование не распространяется, поскольку в нем функции поставщика и сетевой компании совмещаются в одном лице.
Усложнение правоотношений в этой сфере купли-продажи

Понравилась статья? Поделить с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector